Почтовая марка Чехословакии, выпущенная в 1983 году, посвященная 5-летию совместного космического полета СССР и ЧССР (1978–1983) в рамках программы «Интеркосмос».
Изображенные лица: Алексей Губарев и первый чехословацкий космонавт Владимир Ремек.
Номинал: 10 чехословацких крон (Kčs).
Спецгашение: Марка имеет штемпель первого дня (или памятный штемпель) Праги от 12 апреля 1983 года.
Характеристика: Является филателистическим коллекционным предметом, посвященным истории освоения космоса.
Československo: Чехословакия
INTERKOSMOS: Интеркосмос
SPOLEČNÝ LET SSSR – ČSSR: Совместный полет СССР – ЧССР
1978 – 1983: 1978 – 1983
A. GUBAREV – V. REMEK: А. Губарев – В. Ремек
Páté výročí společného letu SSSR-ČSSR: Пятая годовщина совместного полета СССР-ЧССР
10 Kčs: 10 крон
PRAHA: Прага
A Czechoslovak postage stamp issued in 1983 commemorating the 5th anniversary of the joint space flight of the USSR and the Czechoslovak Socialist Republic (1978–1983) as part of the Intercosmos program.
Depicted: Alexei Gubarev and the first Czechoslovak cosmonaut, Vladimir Remek.
Denomination: 10 Czechoslovak crowns (Kčs).
Special cancellation: The stamp bears a first-day postmark (or commemorative cancellation) from Prague, dated April 12, 1983.
Characteristics: A philatelic collectible dedicated to the history of space exploration.
Translation of the stamp text
Československo: Czechoslovakia
INTERKOSMOS: Intercosmos
SPOLEČNÝ LET SSSR – ČSSR: Joint flight of the USSR – Czechoslovak Socialist Republic
1978–1983: 1978–1983
A. GUBAREV – V. REMEK: A. Gubarev – V. Remek
Páté výročí společného letu SSSR-ČSSR: Fifth anniversary of the joint flight of the USSR-Czechoslovak Socialist Republic
10 Kčs: 10 CZK
PRAHA: Prague Sello postal checoslovaco emitido en 1983 para conmemorar el quinto aniversario del vuelo espacial conjunto de la URSS y la República Socialista Checoslovaca (1978-1983), en el marco del programa Intercosmos.
Representa a Alexei Gubarev y al primer cosmonauta checoslovaco, Vladimir Remek.
Valor: 10 coronas checoslovacas (Kčs).
Maticilla especial: El sello lleva un matasellos de primer día (o matasellos conmemorativo) de Praga, fechado el 12 de abril de 1983.
Características: Un objeto filatélico de colección dedicado a la historia de la exploración espacial. Traducción del texto del sello.
Československo: Checoslovaquia
INTERKOSMOS: Intercosmos
SPOLEČNÝ LET SSSR – ČSSR: Vuelo conjunto de la URSS – República Socialista Checoslovaca
1978–1983: 1978–1983
A. GUBAREV – V. REMEK: A. Gubarev – V. Remek
Páté výročí společného letu SSSR-ČSSR: Quinto aniversario del vuelo conjunto de la URSS-República Socialista Checoslovaca
10 coronas checas: 10 coronas checas
PRAHA: Praga
"Во многом именно Казанцев «виноват» в том, что я стал космонавтом, его «Пылающий остров», а особенно - его вторая редакция, где появилась женщина с корабля, конечно, звал вперед. А его рассказ, в который вплетены шахматы, привёл меня во Дворец пионеров, в шахматный кружок. Я даже на первенство Ленинграда играл. Так что, стремление к новому, неизведанному, стремление быть честным, верным, это все благодаря таким писателям, как Казанцев. В этом его значение. То, что мы потом встретились лично, не имеет большого значения. Я воспитывался на его произведениях и как космонавт, и как человек. Это и есть главное. Не будь его романов, его рассказов, я бы, наверное, вырос другим человеком. На его книгах я воспитывался... ...Он еще и композитор был шахматный! Это может показаться лишним. Вот Эйнштейн теорию относительности создал, и мог больше ничего не делать. Двадцать лет бился над общей теорией поля, но не получилось. Так и Казанцев, воспитывая людей на своих произведениях, казалось бы, от него ничего больше не требуется, а он еще вел активную жизнь. Он, наверное, еще многое сделал, чего я не знаю. Я согласен со Стругацким, что самый нужный сейчас обществу человек, это воспитатель....
...Я очень ему благодарен за его творчество, за его ум, его талант, потому что таких, как я, он воспитал если не миллионы, то уж тысячи, это точно".(Георгий Гречко. "Я встретился с Казанцевым в детстве ").
.........................................................
Цит.по: ГЕОРГИЙ ГРЕЧКО
Я ВСТРЕТИЛСЯ С КАЗАНЦЕВЫМ В ДЕТСТВЕ
Газета «Гудок», №3, 2002. Фрагмент интервью корреспонденту газеты «Гудок» Любови Холодовой
“In many ways it was Alexander Kazantsev who was ‘responsible’ for the fact that I became a cosmonaut. His novel The Burning Island, and especially its second edition, where a woman from the spaceship appears, certainly called one forward. And his story in which chess is woven into the plot led me to the Palace of Pioneers, to a chess club. I even played in the Leningrad championship. So the desire for the new and the unknown, the desire to be honest and faithful — all this came thanks to writers such as Kazantsev. That is his significance. The fact that we later met personally is not so important. I was brought up on his works both as a cosmonaut and as a human being. That is the main thing. If it were not for his novels and stories, I probably would have grown up to be a different person. I was raised on his books…
…He was also a composer of chess problems! That may seem unnecessary. For example, Albert Einstein created the theory of relativity and could have done nothing more. He struggled for twenty years with the unified field theory but did not succeed. The same with Kazantsev: while educating people through his works, it would seem that nothing more was required of him, yet he still led an active life. He probably did many other things that I do not even know about. I agree with Arkady Strugatsky that the person society needs most today is an educator.
…I am very grateful to him for his creativity, for his mind and his talent, because he brought up people like me — if not millions, then certainly thousands.”
(Georgy Grechko, “I Met Kazantsev in My Childhood”)
........................................................................................................
Citation:
Georgy Grechko — I Met Kazantsev in My Childhood
Newspaper Gudok, No. 3, 2002. Fragment of an interview with journalist Lyubov Kholodova.
«En gran medida fue Alexander Kazantsev quien fue “culpable” de que yo me convirtiera en cosmonauta. Su novela The Burning Island, y especialmente su segunda edición, donde aparece una mujer de la nave espacial, realmente invitaba a avanzar. Y uno de sus relatos, en el que se entrelazan las partidas de ajedrez, me llevó al Palacio de los Pioneros, al club de ajedrez. Incluso participé en el campeonato de Leningrado. Así que el deseo de lo nuevo y lo desconocido, el deseo de ser honesto y fiel, todo esto se debe a escritores como Kazantsev. En esto radica su importancia. El hecho de que después nos conociéramos personalmente no tiene mucha importancia. Yo me formé con sus obras tanto como cosmonauta como como persona. Eso es lo principal. Si no hubiera sido por sus novelas y relatos, probablemente habría crecido siendo una persona diferente. Me formé leyendo sus libros…
…¡También era compositor de problemas de ajedrez! Puede parecer algo superfluo. Por ejemplo, Albert Einstein creó la teoría de la relatividad y podría no haber hecho nada más. Durante veinte años trabajó en la teoría del campo unificado, pero no lo consiguió. Algo parecido ocurrió con Kazantsev: educando a la gente con sus obras, parecería que ya no se requería nada más de él, y sin embargo llevaba una vida activa. Probablemente hizo muchas otras cosas que yo ni siquiera conozco. Estoy de acuerdo con Arkady Strugatsky en que la persona más necesaria para la sociedad hoy es el educador.
…Estoy muy agradecido por su obra, por su inteligencia y su talento, porque educó a personas como yo: si no millones, al menos miles, eso es seguro».
(Georgy Grechko, «Me encontré con Kazantsev en mi infancia».
...................................................................................................................
Citado de:
Georgy Grechko — Me encontré con Kazantsev en mi infancia
Periódico Gudok, Nº 3, 2002. Fragmento de una entrevista con la periodista Lyubov Kholodova.
«Фаэ́ты» — фантастический роман Александра Казанцева, объединяющий несколько жанров, включая космическую оперу, роман-предупреждение и утопию. Написан в период с октября 1968-го по февраль 1971 года, печатался в периодических изданиях, отдельное издание последовало в 1974 году, впоследствии роман неоднократно переиздавался, переводился на ряд европейских языков. В предисловии к своему роману А. П. Казанцев утверждал, что изначальный замысел возник во время беседы с Нильсом Бором в конце 1961 года. Писатель поинтересовался мнением учёного о теории, что пояс астероидов — остатки разрушенного в ходе ядерной войны Фаэтона, на котором сдетонировали радиоактивные изотопы водорода, содержащиеся в Мировом Океане. Бор ответил, что не исключает такой возможности, но даже если это и не так, ядерное оружие должно быть запрещено. «Он сразу понял всё! Если планета погибла от взрыва океанов, то на ней была цивилизация, уничтожившая сама себя в результате ядерной войны». Трилогия публиковалась в литературном приложении к журналу «Вокруг света» — «Искатель» с рисунками Ю. Макарова. Отдельное книжное издание вышло в 1974 году в серии «Библиотека приключений и научной фантастики» также с иллюстрациями Ю. Макарова. В дальнейшем роман многократно переиздавался, включался в собрания сочинений А. Казанцева, был целиком переведён на литовский, чешский и грузинский языки, а первая часть в 1980-е годы была выпущена московским издательством «Радуга» на французском и английском языках. Выпуск немецкого перевода (его название отсылало к роману «На двух планетах») был приурочен к антиядерной кампании в ФРГ. А. Первушин утверждал, что роман «пользовался большой популярностью среди подростков позднего СССР». На острове Диксон возник клуб любителей фантастики «Фаэты», а в Пензе — «Фаэтон».
В начале 2000-х годов А. Казанцев вернулся к воспоминаниям о создании первой части «Фаэтов» в автобиографическом романе «Фантаст». По собственным словам, он работал над первой частью в Абрамцево «под сенью вековых деревьев…, правя главы о трагической любви космических Ромео и Джульетты, разделённых уже не родовой ненавистью Монтекки и Капулетти, а межконтинентальным конфликтом раздираемых „безумием разума“ обитателей обречённой Фаэны».
Текст романа "Фаэты" на английском языке: http://www.lib.ru/RUFANT/KAZANCEW/kazantsev_faety-engl.txt_with-big-pictures.html Faetians is a science-fiction novel by Alexander Kazantsev that combines several genres, including space opera, a cautionary novel, and utopia. It was written between October 1968 and February 1971, first published in periodicals, and later released as a separate book in 1974. The novel was subsequently reprinted many times and translated into several European languages. In the preface to the novel, Kazantsev stated that the original idea arose during a conversation with Niels Bohr at the end of 1961. The writer asked the scientist about the theory that the asteroid belt is the remains of the destroyed planet Phaethon, which was shattered during a nuclear war when radioactive hydrogen isotopes contained in the World Ocean detonated. Bohr replied that he did not exclude such a possibility, but even if it were not the case, nuclear weapons should be banned.
“He immediately understood everything! If a planet perished from the explosion of its oceans, then there must have been a civilization on it that destroyed itself in a nuclear war.”
The trilogy was published in the literary supplement Iskatel to the magazine Vokrug Sveta, with illustrations by Yuri Makarov. A separate book edition appeared in 1974 in the series Library of Adventures and Science Fiction, also with illustrations by Yuri Makarov.
Later the novel was repeatedly republished, included in collected works of Kazantsev, and fully translated into Lithuanian, Czech, and Georgian. In the 1980s the first part was published by the Moscow publishing house Raduga Publishers in French and English. A German translation—whose title referenced the novel Two Planets—was released during the anti-nuclear campaign in West Germany.
Writer Anton Pervushin stated that the novel “was very popular among teenagers of the late Soviet Union.” On Dikson Island a science-fiction fan club called “Faetians” appeared, and in Penza a club named “Phaeton” was founded.
In the early 2000s Kazantsev returned to memories of creating the first part of Faetians in his autobiographical novel Fantast. According to his own words, he worked on the first part in Abramtsevo, “under the shade of ancient trees…, editing chapters about the tragic love of cosmic Romeo and Juliet, separated not by the ancestral hatred of the Montagues and Capulets, but by the intercontinental conflict tearing apart the inhabitants of the doomed Phaena, driven by the ‘madness of reason’.” The text of the novel "Phaetians" in English: http://www.lib.ru/RUFANT/KAZANCEW/kazantsev_faety-engl.txt_with-big-pictures.html Faetians es una novela de ciencia ficción de Alexander Kazantsev que combina varios géneros, entre ellos la ópera espacial, la novela de advertencia y la utopía. Fue escrita entre octubre de 1968 y febrero de 1971, publicada inicialmente en revistas periódicas y editada como libro independiente en1974. Posteriormente la novela fue reeditada numerosas veces y traducida a varios idiomas europeos. En el prefacio de su novela, Kazantsev afirmaba que la idea original surgió durante una conversación con Niels Bohr a finales de 1961. El escritor preguntó al científico su opinión sobre la teoría de que el cinturón de asteroides es el resto del planeta destruido Faetón, que habría explotado durante una guerra nuclear cuando detonaron los isótopos radiactivos de hidrógeno contenidos en el Océano Mundial. Bohr respondió que no excluía tal posibilidad, pero que incluso si no fuera así, las armas nucleares deberían ser prohibidas.
«¡Lo comprendió todo de inmediato! Si un planeta pereció por la explosión de sus océanos, entonces en él existía una civilización que se destruyó a sí misma en una guerra nuclear».
La trilogía fue publicada en el suplemento literario Iskatel de la revista Vokrug Sveta, con ilustraciones de Yuri Makarov. Una edición independiente apareció en 1974 en la serie Library of Adventures and Science Fiction, también ilustrada por Yuri Makarov.
Posteriormente la novela fue reeditada muchas veces, incluida en las obras completas de Kazantsev, y traducida íntegramente al lituano, checo y georgiano. En los años 1980 la primera parte fue publicada por la editorial moscovita Raduga Publishers en francés e inglés. Una traducción alemana —cuyo título hacía referencia a la novela Two Planets— fue publicada durante la campaña antinuclear en Alemania Occidental.
El escritor Anton Pervushin afirmó que la novela «gozó de gran popularidad entre los adolescentes del final de la Unión Soviética». En Dikson Island surgió un club de aficionados a la ciencia ficción llamado «Faetians», y en Penza apareció el club «Faetón».
A comienzos de los años 2000 Kazantsev volvió a recordar la creación de la primera parte de Faetians en su novela autobiográfica Fantast. Según sus propias palabras, trabajó en la primera parte en Abramtsevo, «bajo la sombra de árboles centenarios…, corrigiendo los capítulos sobre el amor trágico de los Romeo y Julieta cósmicos, separados no por el odio familiar de los Montagues y los Capulets, sino por el conflicto intercontinental que desgarraba a los habitantes de la condenada Faena, dominados por la “locura de la razón”». El texto de la novela "Faetians" en inglés: http://www.lib.ru/RUFANT/KAZANCEW/kazantsev_faety-engl.txt_with-big-pictures.html
Миры Александра Казанцева Рисунок художника Ю. Макарова. ...........................................................
Примечание:
Алекса́ндр Петро́вич Каза́нцев (20 августа (2 сентября) 1906 года, Акмолинск, Акмолинский уезд, Акмолинская область — 13 сентября 2002, Переделкино) — советский и российский писатель-фантаст.
...................................................................
Юрий (Георгий) Георгиевич Макаров (1921-1992) – художник научно-фантастического и приключенческого жанров; оформил более двух тысяч изданий. Иллюстратор произведений А. Казанцева и братьев Стругацких. Художник популярнейших журналов ("Техника-молодёжи", "Знание-сила") и альманахов ("Искатель", "Мир приключений", "Библиотека советской фантастики", "Библиотека приключений и научной фантастики"). Визуализация Юрия Макарова - это выразительные, динамичные персонажы и захватывающий, цепляющий сюжет. The Worlds of Alexander Kazantsev Illustration by artist Y. Makarov
...........................................................
Note:
Alexander Petrovich Kazantsev (20 August [2 September] 1906, Akmolinsk, Akmolinsk Uyezd, Akmolinsk Oblast — 13 September 2002, Peredelkino) was a Soviet and Russian science fiction writer.
...................................................................
Yuri (Georgy) Georgievich Makarov (1921–1992) was an artist of science fiction and adventure genres; he designed more than two thousand publications. He illustrated works by A. Kazantsev and the Strugatsky brothers. He worked for the most popular magazines — Tekhnika Molodezhi (“Technology for Youth”), Znanie–Sila (“Knowledge is Power”) — and for literary almanacs such as Iskatel (“The Seeker”), Mir Priklyucheniy (“The World of Adventures”),
Biblioteka Sovetskoy Fantastiki (“Library of Soviet Science Fiction”)
Biblioteka Priklyucheniy i Nauchnoy Fantastiki (“Library of Adventure and Science Fiction”). The visualization style of Yuri Makarov is characterized by expressive, dynamic characters and gripping, captivating plots.
Los mundos de Alexander Kazantsev Ilustración del artista Y. Makarov
...........................................................
Nota:
Alexander Petrovich Kazantsev (20 de agosto [2 de septiembre] de 1906, Akmolinsk, distrito de Akmolinsk, región de Akmolinsk — 13 de septiembre de 2002, Peredelkino) fue un escritor soviético y ruso de ciencia ficción.
...................................................................
Yuri (Georgy) Georgievich Makarov (1921–1992) fue un artista de los géneros de ciencia ficción y aventuras; diseñó más de dos mil publicaciones. Ilustró obras de A. Kazantsev y de los hermanos Strugatsky. Trabajó para las revistas más populares — Tekhnika Molodezhi ("Tecnología para la juventud"), Znanie–Sila (“El conocimiento es poder”) — y para almanaques literarios como Iskatel (“El Buscador”), Mir Priklyucheniy (“El Mundo de las Aventuras”),
Biblioteka Sovetskoy Fantastiki (“Biblioteca de la Ciencia Ficción Soviética”), Biblioteka Priklyucheniy i Nauchnoy Fantastiki (“Biblioteca de Aventuras y Ciencia Ficción”) La visualización de Yuri Makarov se caracteriza por personajes expresivos y dinámicos y por tramas emocionantes y cautivadoras.
Описание: Комплект из 32 открыток с репродукциями картин художников А. Леонова, А. Соколова
Cosmonaut A. Leonov, A. Sokolov STAR TRACKS
First edition
Moscow: Fine Art, 1978
Circulation: 160,000 copies
Cover type: softcover
Pages: 32 Description: A set of 32 postcards with reproductions of paintings by A. Leonov and A. Sokolov
Cosmonauta A. Leonov, A. Sokolov STAR TRACKS
Primera edición
Moscú: Fine Art, 1978
Tirada: 160.000 ejemplares
Tapa blanda
Páginas: 32 Descripción: Conjunto de 32 postales con reproducciones de pinturas de A. Leonov y A. Sokolov
Художник космонавт А. Леонов. Большая орбитальная станция. Artist cosmonaut A. Leonov. Large orbital station. El artista cosmonauta A. Leonov. Gran estación orbital.
Художник космонавт А. Леонов. В полете фотонные корабли. Artist cosmonaut A. Leonov. Photon ships in flight. El artista cosmonauta A. Leonov. Naves de fotones en vuelo.
Художник космонавт А. Леонов. Планета туманности УС 443. На открытке автограф космонавта А. Леонова. Artist cosmonaut A. Leonov. Planet of the US 443 nebula. The postcard bears the signature of cosmonaut A. Leonov. El artista y cosmonauta A. Leonov. El planeta de la nebulosa US 443. La postal lleva la firma del cosmonauta A. Leonov.
Художник А. Соколов."Челнок" отправляется на Землю (корабль многократного использования). Artist A. Sokolov. The "shuttle" is sent to Earth (a reusable ship). El artista A. Sokolov. La "transbordadora" es enviada a la Tierra (una nave reutilizable).
Художник А. Соколов. Автоматическая станция "Венера-9"на Венере. Artist A. Sokolov. The Venera-9 automatic station on Venus. El artista A. Sokolov. La estación automática Venera-9 en Venus.
Художник А. Соколов. Автоматическая станция в кольце Сатурна. Artist A. Sokolov. Automatic station in Saturn's ring. Artista A. Sokolov. Estación automática en el anillo de Saturno.
Художник А. Соколов. Корабль в защитном поле (в атмосфере Урана). Artist A. Sokolov. Ship in a protective field (in the atmosphere of Uranus). Artista A. Sokolov. Nave en un campo protector (en la atmósfera de Urano).
Художник А. Соколов. Марс. Через песчаную реку. Artist A. Sokolov. Mars. Across the sandy river. Artista A. Sokolov. Marte. Al otro lado del río arenoso.
Художник А. Соколов. На планете внеземной цивилизации. Artist A. Sokolov. On the planet of an extraterrestrial civilization. Artista A. Sokolov. En el planeta de una civilización extraterrestre.
This site uses cookies to help personalise content, tailor your experience and to keep you logged in if you register.
By continuing to use this site, you are consenting to our use of cookies.
