Discussion History of Soviet cosmonautics

[Alex1973]

@Alex1973 ,
Is there a reason why you’re using such an excessively large and bold font, and making it colourful as well?

This very extensive and undoubtedly interesting documentation would be much better suited to a PDF document, which one can browse through at one’s leisure. Or, even better, in three separate documents, each in a single language.

Цветной шрифт разного цвета для каждого из языков(русский, английский и испанский) удобен для чтения. Если же три языка печатать одним цветом то каждому читателю прийдется искать начало текста на своем языке.
A different colored font for each language (Russian, English, and Spanish) makes it easier to read. If the three languages were printed in the same color, each reader would have to search for the beginning of the text in their own language.
El uso de un color de fuente diferente para cada idioma (ruso, inglés y español) facilita la lectura. Si los tres idiomas se imprimieran con el mismo color, cada lector tendría que buscar el comienzo del texto en su propio idioma.

 

[Alex1973]

Одна из фотографий лунной поверхности с советского аппарата "Луноход-2"
One of the photographs of the lunar surface from the Soviet Lunokhod-2 spacecraft.
Una de las fotografías de la superficie lunar tomadas por la nave espacial soviética Lunokhod-2.

 

[Alex1973]

Одна из фотографий лунной поверхности с советского аппарата "Луноход-2"
One of the photographs of the lunar surface from the Soviet Lunokhod-2 spacecraft.
Una de las fotografías de la superficie lunar tomadas por la nave espacial soviética Lunokhod-2.

 

[Alex1973]

Одна из фотографий лунной поверхности с советского аппарата "Луноход-2"
One of the photographs of the lunar surface from the Soviet Lunokhod-2 spacecraft.
Una de las fotografías de la superficie lunar tomadas por la nave espacial soviética Lunokhod-2.

 

[Alex1973]

«Интеркосмос»

ВТОРАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ НА КОМПЛЕКСЕ «САЛЮТ-6» — («СОЮЗ-29» / «СОЮЗ-31») В 140-СУТОЧНОМ ПОЛЕТЕ (15 ИЮНЯ — 2 НОЯБРЯ 1978 г.) ВЫПОЛНИЛА: СВЫШЕ 50 ЭКСПЕРИМЕНТОВ С ЦЕЛЬЮ ПОЛУЧЕНИЯ НОВЫХ ПОЛУПРОВОДНИКОВЫХ КРИСТАЛЛОВ, ОПТИЧЕСКИХ МАТЕРИАЛОВ, МЕТАЛЛИЧЕСКИХ СПЛАВОВ И СОЕДИНЕНИЙ; ВПЕРВЫЕ ОБА КОСМОНАВТА ОСУЩЕСТВИЛИ ВЫХОД В ОТКРЫТЫЙ КОСМОС; ПРИНЯЛИ ПООЧЕРЕДНО ДВА МЕЖДУНАРОДНЫХ ЭКИПАЖА И ТРИ ГРУЗОВЫХ КОРАБЛЯ «ПРОГРЕСС-2», «3» И «4»; ВОЗВРАТИЛИСЬ НА ЗЕМЛЮ НА КОРАБЛЕ «СОЮЗ-31».
На верхнем фото слева: Командир корабля «Союз-29» («Союз-31») летчик-космонавт СССР, Герой Советского Союза КОВАЛЕНОК Владимир Васильевич.
На верхнем фото справа: Бортинженер летчик-космонавт СССР, Герой Советского Союза ИВАНЧЕНКОВ Александр Сергеевич.
На нижнем фото слева: Командир корабля «Союз-30» летчик-космонавт СССР, дважды Герой Советского Союза Петр Ильич КЛИМУК и космонавт-исследователь Мирослав ГЕРМАШЕВСКИЙ (Польская Народная Республика) на комплексе «Союз-30» — «Салют-6» — «Союз-29» с 27 июня по 5 июля 1978 г. выполнили эксперименты, разработанные учеными и специалистами СССР и ПНР.
На нижнем фото справа: Командир корабля «Союз-31» («Союз-29») летчик-космонавт СССР, дважды Герой Советского Союза Валерий Федорович БЫКОВСКИЙ, космонавт-исследователь Зигмунд ЙЕН (Германская Демократическая Республика) с 26 августа по 3 сентября 1978 г. совместно с основным экипажем выполнили научно-технические эксперименты и исследования; фотографирование территории ГДР фотоаппаратом МКФ.
THE SECOND EXPEDITION ABOARD THE SALYUT-6 COMPLEX — (SOYUZ-29 / SOYUZ-31) DURING THE 140-DAY FLIGHT (JUNE 15 — NOVEMBER 2, 1978) CARRIED OUT: MORE THAN 50 EXPERIMENTS AIMED AT OBTAINING NEW SEMICONDUCTOR CRYSTALS, OPTICAL MATERIALS, METALLIC ALLOYS, AND COMPOUNDS; FOR THE FIRST TIME BOTH COSMONAUTS PERFORMED A SPACEWALK; THEY RECEIVED IN TURN TWO INTERNATIONAL CREWS AND THREE PROGRESS-2, PROGRESS-3, AND PROGRESS-4 CARGO SPACECRAFT; THEY RETURNED TO EARTH ABOARD THE SOYUZ-31 SPACECRAFT.
In the top photo on the left: Commander of the Soyuz-29 (Soyuz-31) spacecraft, USSR pilot-cosmonaut, Hero of the Soviet Union Vladimir Vasilyevich KOVALYONOK.
In the top photo on the right: Flight engineer, USSR pilot-cosmonaut, Hero of the Soviet Union Alexander Sergeyevich IVANCHENKOV.
In the bottom photo on the left: Commander of the Soyuz-30 spacecraft, USSR pilot-cosmonaut and twice Hero of the Soviet Union Pyotr Ilyich KLIMUK and research cosmonaut Mirosław HERMASZEWSKI (Poland) aboard the Soyuz-30 — Salyut-6 — Soyuz-29 complex from June 27 to July 5, 1978, carried out experiments developed by scientists and specialists of the USSR and Poland.
In the bottom photo on the right: Commander of the Soyuz-31 (Soyuz-29) spacecraft, USSR pilot-cosmonaut and twice Hero of the Soviet Union Valery Fyodorovich BYKOVSKY and research cosmonaut Sigmund JÄHN (GDR) from August 26 to September 3, 1978, together with the main crew carried out scientific and technical experiments and research, including photography of the territory of the GDR using the MKF camera.
Intercosmos
LA SEGUNDA EXPEDICIÓN EN EL COMPLEJO SALIUT-6 — (SOYUZ-29 / SOYUZ-31) DURANTE EL VUELO DE 140 DÍAS (15 DE JUNIO — 2 DE NOVIEMBRE DE 1978) REALIZÓ: MÁS DE 50 EXPERIMENTOS CON EL OBJETIVO DE OBTENER NUEVOS CRISTALES SEMICONDUCTORES, MATERIALES ÓPTICOS, ALEACIONES METÁLICAS Y COMPUESTOS; POR PRIMERA VEZ AMBOS COSMONAUTAS REALIZARON UNA CAMINATA ESPACIAL; RECIBIERON SUCESIVAMENTE DOS TRIPULACIONES INTERNACIONALES Y TRES NAVES DE CARGA PROGRESS-2, PROGRESS-3 Y PROGRESS-4; REGRESARON A LA TIERRA A BORDO DE LA NAVE SOYUZ-31.
En la foto superior de la izquierda: Comandante de la nave Soyuz-29 (Soyuz-31), piloto-cosmonauta de la URSS, Héroe de la Unión Soviética
Vladímir Vasílievich KOVALIONOK.
En la foto superior de la derecha: Ingeniero de vuelo, piloto-cosmonauta de la URSS, Héroe de la Unión Soviética Alexandr Serguéievich IVANCHENKOV.
En la foto de abajo a la izquierda:
El comandante de la nave Soyuz-30, piloto-cosmonauta de la URSS y dos veces Héroe de la Unión Soviética Piotr Ilich KLIMUK y el cosmonauta-investigador Mirosław HERMASZEWSKI (Polonia), en el complejo Soyuz-30 — Saliut-6 — Soyuz-29 del 27 de junio al 5 de julio de 1978, realizaron experimentos desarrollados por científicos y especialistas de la URSS y Polonia.
En la foto de abajo a la derecha: El comandante de la nave Soyuz-31 (Soyuz-29), piloto-cosmonauta de la URSS y dos veces Héroe de la Unión Soviética Valeri Fiódorovich BYKOVSKI y el cosmonauta-investigador Sigmund JÄHN (RDA), del 26 de agosto al 3 de septiembre de 1978, junto con la tripulación principal realizaron experimentos e investigaciones científico-técnicas, incluyendo la fotografía del territorio de la RDA con la cámara MKF.

 

[Alex1973]

Марка. 1978. КОСМОС. СССР. Союз-29 - Салют-6 - Союз-31. 140 суток в космосе. Космонавты В.В. Коваленок и А.С. Иванченков. На марке автографы космонавтов.
Stamp. 1978. SPACE. USSR. Soyuz-29 - Salyut-6 - Soyuz-31. 140 days in space. Cosmonauts V.V. Kovalenok and A.S. Ivanchenkov. The stamp bears the cosmonauts' autographs.
Sello. 1978. ESPACIO. URSS. Soyuz-29 - Salyut-6 - Soyuz-31. 140 días en el espacio. Cosmonautas V.V. Kovalenok y A.S. Ivanchenkov. El sello lleva las firmas de los cosmonautas.

 

[Alex1973]

ИСТОРИЯ СОВЕТСКОЙ КОСМОНАВТИКИ В ФОТОГРАФИЯХ
.....................................................................
29 июля 1978 г. В. В. Коваленок и А.С.Иванченков вышли в открытое
космическое пространство, чтобы демонтировать и частично заменить
научную аппаратуру, установленную на
внешней поверхности станции.
HISTORY OF SOVIET COSMONAUTICS IN PHOTOGRAPHS
.....................................................................
On July 29, 1978, V. V. Kovalyonok and A. S. Ivanchenkov performed a spacewalk in order to dismantle and partially replace scientific equipment installed on the outer surface of the station.
HISTORIA DE LA COSMONÁUTICA SOVIÉTICA EN FOTOGRAFÍAS
.....................................................................
El 29 de julio de 1978, V. V. Kovalyonok y A. S. Ivanchenkov realizaron una caminata espacial para desmontar y sustituir parcialmente el equipo científico instalado en la superficie exterior de la estación.

 

[Alex1973]

История советской космонавтики в фотографиях. Выход в открытый космос Александра Иванченкова - одно из центральных событий уникального по насыщенности экспериментами полёта В. Коваленка и А. Иванченкова.

History of Soviet Cosmonautics in Photographs.
Alexander Ivanchenkov’s spacewalk was one of the central events of the exceptionally experiment-rich mission of V. Kovalyonok and A. Ivanchenkov.

Historia de la cosmonáutica soviética en fotografías.
La caminata espacial de Aleksandr Ivanchenkov fue uno de los acontecimientos centrales de la misión excepcionalmente intensa en experimentos de V. Kovalyonok y A. Ivanchenkov

 

[Alex1973]

Космонавт Владимир Коваленок перед выходом в открытый космос. Фото космонавта Александра Иванченкова. / Архив ИТАР-ТАСС.
Cosmonaut Vladimir Kovalenok before a spacewalk. Photo by cosmonaut Alexander Ivanchenkov. / ITAR-TASS Archive.
El cosmonauta Vladimir Kovalenok antes de una caminata espacial. Fotografía del cosmonauta Alexander Ivanchenkov. / Archivo ITAR-TASS.

 

[Alex1973]

"Операция «Выход» готовилась тщательно несколько суток. Предварительно
были подогнаны скафандры. Сменные блоки системы жизнедеятельности были
заменены свежими, привезенными на «Прогрессе-2».
Вспоминая полет, всегда останавливаешься на самой красивой и яркой операции — выходе в открытый космос,— рассказывал после полета Иванченков.
Шли 45-е сутки полета. Много сил мы положили на подготовку к «Выходу». Еще на Земле готовились в гидроневесомости, изучали конструкцию уникального скафандра для выхода в открытый космос, работали на летающих лабораториях. Но настоящий выход требует очень большой собранности, внимательного отношения ко всем элементам этой уникальной операции. Все понимали — это далеко не прогулка. Поэтому подготовка к выходу началась у нас примерно за неделю. Нужно сказать, что все операции по подготовке скафандров мы выполняли с особой тщательностью: один делал, второй проверял.
Нужно было убедиться в полной работоспособности самого скафандра,
подготовить переходный отсек станции, чтобы он во всех мелочах отвечал предстоящей процедуре. Чтобы каждая вещь, каждый прибор,каждый инструмент, которые понадобятся, нашли свое место и были под рукой. Мы провели две бортовые тренировки совместно с Центром управления полетом.
Непосредственно перед выходом мысленно представили, как и что будем делать,— вспоминал Коваленок.— По каждой минуте, по каждой операции, по каждой детали — все проиграли, согласовали. Мысленно вышли в открытый космос.
И вот наступил этот момент, Земля дала нам «добро» на выход. Мы рано встали, часа в 2 ночи по московскому времени. Устроили лёгкий завтрак, если по ночному его можно так назвать, облачились в костюмы водяного охлаждения.
Станция была практически законсервирована и подготовлена к беспилотному полету, потому что выход в открытый космос — непрост. Все могло быть: или скафандр окажется негерметичным, или его пробьет. Это же вакуум. Мы понимали всю ответственность и опасность. На Земле были отработаны варианты возвращения не в станцию, а в корабль. Не хотелось думать, что может случиться аварийная ситуация, но нужно было быть готовыми ко всему. И вот мы в переходном отсеке,— продолжал Иванченков,— приступаем к работе.
Вместе с нами работает Земля. По трассе нашего полета — корабли, которые обеспечат нас в течение почти что полувитка (более
45 мин) связью с Землей. Земля нас контролирует. Все идет нормально.
Мы докладываем, Земля вместе с нами радуется, переживает, мы это чувствуем. И вот наступает момент сброса давления. Мы готовы открыть «дверь» в космическое пространство.
ФОТОН-1. Есть открытие. Мы в открытом космосе. ФОТОН-2. Яркий солнечный свет льется в станцию. Люк открыт полностью.
ФОТОН-1. А пыль вылетает в космос из станции. Видимо, остатки атмосферы отсека повлекли за собой пыль из станции.
Бесконечно космическое пространство. Разрежение в космосе выражается
цифрой с 16 нулями. Изнуряющ космический зной. Свыше тысячи килокалорий в
час на каждый квадратный метр поверхности излучает Солнце. И в этих условиях
приходится работать космонавтам".("Салют-6, "Союз", "Прогресс". "Работа на орбите").
.................................................................................
Цит.по: "Салют"- 6,"Союз", "Прогресс". "Работа на орбите". Москва. Издательство "Машиностроение". 1983.
.................................................................................
На фото: Выход в открытый космос. В гермошлеме скафандра В. Коваленка отражается А.Иванченков.
“Operation ‘Egress’ was prepared with great care over the course of several days. The spacesuits were adjusted in advance. The replaceable life-support system units were exchanged for fresh ones delivered aboard Progress-2.
‘When recalling the flight, one always pauses at the most beautiful and vivid operation — the spacewalk,’ Ivanchenkov said after the mission.
It was the 45th day of the flight. We devoted a great deal of effort to preparing for the “Egress.” Back on Earth we trained in simulated weightlessness, studied the design of the unique spacesuit for extravehicular activity, and worked aboard flying laboratories. But a real spacewalk demands enormous concentration and careful attention to every element of this unique operation. Everyone understood — this was far from a прогулка. Therefore, our preparation for the spacewalk began about a week in advance. It must be said that we carried out all procedures connected with preparing the spacesuits with exceptional thoroughness: one person performed the task, the other checked it.
It was necessary to ensure the complete operational readiness of the spacesuit itself and to prepare the station’s transfer compartment so that it met the upcoming procedure in every detail. Every object, every instrument, every tool that would be needed had to be in its proper place and readily accessible. Together with the Mission Control Center, we conducted two onboard training sessions.
‘Immediately before the exit, we mentally imagined exactly what and how we would do everything,’ Kovalyonok recalled. ‘Minute by minute, operation by operation, detail by detail — we rehearsed and coordinated everything. Mentally, we had already gone out into open space.’
And then the moment arrived. Earth gave us the go-ahead for the spacewalk. We got up early, around 2 a.m. Moscow time. We had a light breakfast — if it could even be called breakfast at that hour — and put on the water-cooling garments.
The station had practically been mothballed and prepared for unmanned flight, because a spacewalk is no simple matter. Anything could happen: a spacesuit might lose pressure or be punctured. It was a vacuum, after all. We understood the full responsibility and danger. On Earth, procedures had been worked out for returning not to the station, but directly to the spacecraft. We did not want to think that an emergency situation might occur, but we had to be prepared for anything. ‘And so we were in the transfer compartment,’ Ivanchenkov continued, ‘beginning our work.
Earth was working together with us. Along our flight path there were ships that would maintain communication with Earth for almost half an orbit — more than 45 minutes. Earth was monitoring us. Everything was proceeding normally.
We reported our status, and Earth rejoiced and worried together with us — we could feel it. Then came the moment of depressurization. We were ready to open the “door” into outer space.
PHOTON-1: The hatch is opening. We are in outer space.
PHOTON-2: Bright sunlight is flooding into the station. The hatch is fully open.
PHOTON-1: Dust is flying out of the station into space. Apparently, the remaining atmosphere in the compartment carried the dust out of the station.
Infinite is outer space. The vacuum of space is expressed by a number with 16 zeros. Cosmic heat is exhausting. The Sun radiates more than a thousand kilocalories per hour onto every square meter of surface. And under these conditions the cosmonauts had to work.”
(Salyut-6, Soyuz, Progress. Work in Orbit)
In the photo: A spacewalk. Reflected in the visor of V. Kovalyonok’s spacesuit helmet is A. Ivanchenkov.
«La operación “Salida” fue preparada cuidadosamente durante varios días. Los trajes espaciales fueron ajustados previamente. Los bloques reemplazables del sistema de soporte vital fueron sustituidos por otros nuevos traídos a bordo del Progress-2.
“Cuando uno recuerda el vuelo, siempre se detiene en la operación más hermosa y brillante: la caminata espacial”, relató Ivanchenkov después del vuelo.
Transcurría el día 45 de la misión. Dedicamos enormes esfuerzos a prepararnos para la “Salida”. Ya en la Tierra nos habíamos entrenado en hidroneutralidad, estudiamos el diseño del singular traje espacial para actividades extravehiculares y trabajamos en laboratorios voladores. Pero una verdadera salida al espacio exige una enorme concentración y una atención minuciosa a todos los elementos de esta operación única. Todos comprendían que esto estaba lejos de ser un paseo. Por eso comenzamos la preparación aproximadamente una semana antes. Hay que decir que realizamos todas las operaciones relacionadas con la preparación de los trajes espaciales con especial meticulosidad: uno realizaba la tarea y el otro la comprobaba.
Era necesario asegurarse de la completa operatividad del propio traje espacial y preparar el compartimento de transición de la estación para que respondiera en todos los detalles al procedimiento previsto. Cada objeto, cada instrumento y cada herramienta que pudiera ser necesaria debía ocupar su lugar y estar al alcance de la mano. Realizamos dos entrenamientos a bordo junto con el Centro de Control de Vuelo.
“Inmediatamente antes de la salida imaginamos mentalmente qué y cómo haríamos todo”, recordaba Kovalyonok. “Minuto a minuto, operación por operación, detalle por detalle: ensayamos y coordinamos todo. Mentalmente ya habíamos salido al espacio abierto.”
Y entonces llegó aquel momento. La Tierra nos dio autorización para la caminata espacial. Nos levantamos temprano, alrededor de las 2 de la madrugada, hora de Moscú. Tomamos un desayuno ligero —si es que podía llamarse desayuno a esa hora nocturna— y nos pusimos los trajes de refrigeración por agua.
La estación estaba prácticamente conservada y preparada para un vuelo no tripulado, porque una caminata espacial no es algo sencillo. Todo podía ocurrir: el traje espacial podía perder hermeticidad o perforarse. Después de todo, era el vacío. Comprendíamos toda la responsabilidad y el peligro. En la Tierra se habían elaborado variantes de regreso no a la estación, sino directamente a la nave. No queríamos pensar que pudiera producirse una situación de emergencia, pero debíamos estar preparados para todo. “Y así nos encontrábamos en el compartimento de transición”, continuó Ivanchenkov, “comenzando nuestro trabajo.
La Tierra trabajaba junto con nosotros. A lo largo de nuestra trayectoria había barcos que garantizarían la comunicación con la Tierra durante casi media órbita —más de 45 minutos—. La Tierra nos controlaba. Todo marchaba normalmente.
Informábamos de nuestra situación, y la Tierra se alegraba y se preocupaba junto con nosotros; lo sentíamos. Y entonces llegó el momento de la despresurización. Estábamos listos para abrir la ‘puerta’ hacia el espacio exterior.
FOTÓN-1: Apertura confirmada. Estamos en el espacio abierto.
FOTÓN-2: Una brillante luz solar inunda la estación. La escotilla está completamente abierta.
FOTÓN-1: El polvo sale de la estación hacia el espacio. Al parecer, los restos de atmósfera del compartimento arrastraron el polvo fuera de la estación.
El espacio cósmico es infinito. El vacío del cosmos se expresa mediante una cifra con 16 ceros. El calor cósmico es agotador. El Sol irradia más de mil kilocalorías por hora sobre cada metro cuadrado de superficie. Y en estas condiciones los cosmonautas debían trabajar.»
(Saliut-6, Soyuz, Progress. Trabajo en órbita)
En la foto: Una caminata espacial. En el visor del casco espacial de V. Kovalyonok se refleja A. Ivanchenkov.

 

[Alex1973]

Последние минуты на земле. Космонавты Коваленок и Иванченков на стартовой площадке перед отправкой в космос. Фото А.Пушкарева из книги "Атмосфера Земли с "Салюта-6".
The last minutes on Earth. Cosmonauts Kovalenok and Ivanchenkov on the launch pad before their launch into space. Photo by A. Pushkarev from the book "Earth's Atmosphere from Salyut 6."
Los últimos minutos en la Tierra. Los cosmonautas Kovalenok y Ivanchenkov en la plataforma de lanzamiento antes de su viaje al espacio. Fotografía de A. Pushkarev, del libro "La atmósfera terrestre desde Salyut 6".

 

[Alex1973]

Испытания в бассейне. Фото А.Пушкарева. Космонавт В.Коваленок на тренировке перед космическим полетом.
Pool testing. Photo by A. Pushkarev. Cosmonaut V. Kovalenok training before his spaceflight.
Pruebas en piscina. Fotografía de A. Pushkarev. El cosmonauta V. Kovalenok entrenando antes de su vuelo espacial.

 

[Alex1973]

- А вот если бы вам самому предложили подбирать экипаж, скажем, в полет на Марс, года на три. Каких людей вы бы взяли?

КОВАЛЕНОК. Я подбирал бы людей, знающих свое дело, умеющих ценить дружбу, отзывчивых, в любых ситуациях умеющих сохранять чувство доброты, человечности. Не брал бы людей односторонних - молчунов или говорунов. Человек должен быть разным : уметь и помолчать и попеть, погрустить и повеселиться. Надо, чтобы он естественно выражал свое внутреннее состояние.

ИВАНЧЕНКОВ. Психологи над этой задачей головы поломали. Но, кажется, ничего путного пока не придумали. Это очень трудно - три года в замкнутом пространстве. В околоземных полетах проще. Нормальные люди ради общей дорогой для них цели всегда могут ужиться, а здесь будет, конечно, работать не только сознание, но и "подсознание". Наверное, это должны быть прежде всего не только хорошие специалисты, но и глубоко порядочные люди, умеющие ценить дружбу, отзывчивые, чуткие по отношению к другим и, конечно, обладающие чувством юмора. ("Хозяева космического дома". Космонавты Владимир Коваленок и Александр Иванченков отвечают на вопросы "Недели", беседу ведёт Б. Коновалов).
.................................................................
Цит. по : 140 СУТОК В КОСМОСЕ /Специальный выпуск /Составитель Б. Колтовой/На первой странице обложки рисунок художника А. Соколова : "Союз" идёт на стыковку"/ Москва /Издательство "Известия" /1978 год.
На фото слева: Обложка книги "140 суток в космосе"; на фото справа: Космонавты Владимир Коваленок и Александр Иванченков на тренировке перед полетом на корабле "Союз-29".
— And if you yourself were asked to select a crew, let us say, for a three-year flight to Mars, what kind of people would you choose?
KOVALYONOK: I would choose people who know their profession well, who value friendship, who are responsive, and who in any situation are able to preserve kindness and humanity. I would not take one-sided people — either silent types or nonstop talkers. A person must be versatile: able both to keep silent and to sing, to feel sadness and to have fun. It is important that a person express his inner state naturally.
IVANCHENKOV: Psychologists have wrestled with this problem for a long time. But it seems they still have not come up with anything truly effective. It is very difficult — three years in a confined space. Near-Earth flights are simpler. Normal people, united by a common and deeply valued goal, can always get along, but here not only consciousness will be at work, but also the “subconscious.” Probably these people must first of all be not only excellent specialists, but also deeply decent human beings who value friendship, who are responsive, considerate toward others, and, of course, possess a sense of humor.
(“Masters of the Space Home.” Cosmonauts Vladimir Kovalyonok and Alexander Ivanchenkov answer questions from the newspaper Nedelya. Interview conducted by B. Konovalov.)
.....................................................................
Quoted from: 140 Days in Space / Special Edition / Compiled by B. Koltovoy / Cover illustration by artist A. Sokolov: “Soyuz Approaches Docking” / Moscow / Izvestia Publishing House / 1978.
In the photo on the left: the cover of the book 140 Days in Space; in the photo on the right: cosmonauts Vladimir Kovalyonok and Alexander Ivanchenkov during training before the flight aboard Soyuz-29.
— Y si a usted mismo le propusieran seleccionar una tripulación, digamos, para un vuelo a Marte de unos tres años, ¿qué tipo de personas elegiría?
KOVALYONOK: Yo elegiría personas que conozcan bien su profesión, que sepan valorar la amistad, que sean receptivas y capaces de conservar la bondad y la humanidad en cualquier situación. No llevaría personas unilaterales: ni callados extremos ni habladores excesivos. Una persona debe ser diversa: saber callar y cantar, entristecerse y divertirse. Es importante que exprese de manera natural su estado interior.
IVANCHENKOV: Los psicólogos se han roto la cabeza con este problema. Pero parece que todavía no han encontrado una solución realmente útil. Es muy difícil pasar tres años en un espacio cerrado. Los vuelos cercanos a la Tierra son más sencillos. Las personas normales, unidas por un objetivo común y valioso para todos, siempre pueden convivir, pero aquí trabajará no solo la conciencia, sino también el “subconsciente”. Probablemente esas personas deban ser, ante todo, no solo excelentes especialistas, sino también seres humanos profundamente decentes, capaces de valorar la amistad, atentos, sensibles hacia los demás y, por supuesto, con sentido del humor.
(“Los dueños de la casa espacial”. Los cosmonautas Vladímir Kovalyonok y Aleksandr Ivanchenkov responden a las preguntas del semanario Nedelya. Entrevista realizada por B. Konovalov.)
.....................................................................
Citado de: 140 días en el espacio / Edición especial / Compilado por B. Koltovói / En la portada, ilustración del artista A. Sokolov: “La nave Soyuz se aproxima al acoplamiento” / Moscú / Editorial Izvestia / 1978.
En la foto de la izquierda: la portada del libro 140 días en el espacio; en la foto de la derecha: los cosmonautas Vladímir Kovalyonok y Aleksandr Ivanchenkov durante el entrenamiento antes del vuelo de la nave Soyuz-29.

 

[Alex1973]

Портреты советских космонавтов.
Влади́мир Васи́льевич Ковалёнок — советский космонавт, дважды Герой Советского Союза (1981, 1978), генерал-полковник авиации (1993). Президент Федерации космонавтики России с 2001 года.
Художник: Борис Назарович Ус.

Portraits of Soviet cosmonauts.
Vladimir Vasilyevich Kovalenok was a Soviet cosmonaut, twice Hero of the Soviet Union (1981, 1978), and Colonel General of the Air Force (1993). President of the Russian Cosmonaut Federation since 2001.
Artist: Boris Nazarovich Us.

Retratos de cosmonautas soviéticos.
Vladimir Vasilievich Kovalenok fue un cosmonauta soviético, dos veces Héroe de la Unión Soviética (1981, 1978) y Coronel General de la Fuerza Aérea (1993). Presidente de la Federación Rusa de Cosmonautas desde 2001.
Artista: Boris Nazarovich Us.

 

[Alex1973]

Как Олимпийский Медведь в космос летал.​

Днём рождения талисмана Олимпиады-1980 считается 11 октября 1977 г. Придумал его художник Виктор Чижиков.

Советские фабрики изготовили множество сувениров с изображением медвежонка. Но руководство страны решило: нужна ещё пропаганда из космоса. Олимпийский комитет отправил письмо в НПО «Энергия», а заместитель главного конструктора космонавт Константин Феоктистов переадресовал его в проектно-компоновочную группу по кораблю «Союз», которой руководил Герман Барышников. «Для отбора кандидата в космический полёт были представлены три медвежонка, — рассказывает инженер-проектант космической техники, ветеран труда РКК „Энергия“ Герман Барышников. — Самый большой — почти с годовалого ребёнка, самый маленький — чуть крупнее мышонка. Я выбрал среднего — на кораблях типа „Союз“ всегда была проблема размещения доставляемых и особенно возвращаемых грузов».
Изготовила Медведя из оленьего меха художник объединения художественных промыслов и сувениров в Петропавловске-Камчатском Валерия Литвинова.

Комиссия Организационного комитета Олимпиады всё одобрила, и началась предполётная подготовка. Будущему космонавту оформили паспорт и подписали командировку на космическую станцию. В саквояж Медведю положили вымпел «Олимпиада-80». А на космодроме «Байконур» он прошёл медицинский, т. е. санитарный контроль, и отделение обсервации выдало справку № 1 о допуске к полёту.
К слову, командир корабля «Союз-29» Владимир Ковалёнок и бортинженер Александр Иванченков до последнего не подозревали о третьем члене экипажа. «Только на старте нам сообщили: „С вами полетит Миша“, — вспоминал Ковалёнок. — Мы было возмутились: „Какой ещё Миша? Почему не предупредили раньше?“ Увидев улыбающихся коллег, поняли, что это розыгрыш». Перед запуском Мишу поместили в спускаемый аппарат на парашютном контейнере — над креслами космонавтов, в поле зрения бортовой телекамеры. Так Миша стал полноправным членом экипажа.
15 июня 1978 г. был осуществлён запуск «Союза-29», спустя два дня корабль состыковался с орбитальной научной станцией «Салют-6». Ещё через несколько дней произошла стыковка с «Союзом-30», пилотируемым международным экипажем. Миша встречал новых гостей, участвовал в репортажах Центрального Телевидения СССР… Но тут подошла пора собираться — командировку выписали всего на месяц, и с первым возвращающимся кораблём Миша должен был вернуться на Землю. «Очень уж он нам понравился, — взмолился вдруг Ковалёнок. — Как же мы теперь без него?» Центр Управления Полетами продлил мохнатому космонавту командировку, и он остался на станции, к которой 27 августа пристыковался «Союз-31» во главе с Валерием Быковским. По традиции Миша встречал международный экипаж космической тубой с мёдом. А 2 ноября — спустя 140 суток после запуска — наконец-то вернулся домой. «Через несколько дней хватились его в Олимпийском комитете, просят вернуть Мишу, а у нас его нет, — делится Герман Барышников. — Переполошились мы: где ж искать медведя? Звоним в Звёздный городок, но члены экипажа уже на отдых в Крым улетели. Чудом удалось связаться с Ковалёнком. Оказалось, Миша у него в сейфе...»
Во время полёта медвежонок повредил мордочку, поцарапал носик. Людмила Денисова, готовившая его в полёт на «Байконуре», с помощью ниток и клея выполнила косметические процедуры, после чего Миша отправился в Олимпийский комитет. На фотографиях: Художник Виктор Чижиков; Космонавты Коваленок и Иванченков передают в Олимпийский комитет талисман Олимписких игр 1980 года после полета в космос.
How the Olympic Bear Flew into Space
The birthday of the mascot of the 1980 Olympic Games is considered to be October 11, 1977. It was created by the artist Viktor Chizhikov.
Soviet factories produced a huge number of souvenirs featuring the little bear. But the country’s leadership decided that more promotion from space was needed. The Olympic Committee sent a letter to NPO Energia, and Deputy Chief Designer, cosmonaut Konstantin Feoktistov, forwarded it to the Soyuz spacecraft design group headed by German Baryshnikov.
“To select a candidate for the spaceflight, three bear cubs were presented,” recalls spacecraft design engineer and veteran of RSC Energia, German Baryshnikov. “The largest was almost the size of a one-year-old child, the smallest was only slightly bigger than a mouse. I chose the medium-sized one — spacecraft of the Soyuz type always had problems accommodating delivered cargo and especially return cargo.”
The Bear was made of reindeer fur by Valeria Litvinova, an artist from the association of artistic crafts and souvenirs in Petropavlovsk-Kamchatsky.
The commission of the Olympic Organizing Committee approved everything, and pre-flight preparations began. The future cosmonaut received a passport and an official travel order to the space station. A pennant reading “Olympics-80” was placed in the Bear’s travel bag. At the Baikonur Cosmodrome, he underwent medical — that is, sanitary — inspection, and the quarantine department issued Certificate No. 1 authorizing him for flight.
Incidentally, Soyuz-29 commander Vladimir Kovalyonok and flight engineer Alexander Ivanchenkov suspected nothing about the third crew member until the very last moment.
“Only at the launch pad were we told: ‘Misha will fly with you,’” Kovalyonok later recalled. “At first we protested: ‘What Misha? Why weren’t we informed earlier?’ When we saw our colleagues smiling, we realized it was a joke.”
Before launch, Misha was placed inside the descent module on the parachute container above the cosmonauts’ seats, within view of the onboard television camera. Thus Misha became a full-fledged member of the crew.
On June 15, 1978, Soyuz-29 was launched, and two days later the spacecraft docked with the orbital scientific station Salyut-6. A few days later Soyuz-30, piloted by an international crew, also docked with the station. Misha welcomed the new guests and took part in broadcasts on Soviet Central Television.
But soon it was time to prepare for departure — the travel authorization had been issued for only one month, and Misha was supposed to return to Earth aboard the first returning spacecraft.
“We had grown so fond of him,” Kovalyonok suddenly pleaded. “How can we manage without him now?”
Mission Control extended the furry cosmonaut’s assignment, and he remained aboard the station. On August 27, Soyuz-31, commanded by Valery Bykovsky, docked with the station. Following tradition, Misha welcomed the international crew with a space tube filled with honey.
Finally, on November 2 — 140 days after launch — he returned home.
“A few days later the Olympic Committee asked for Misha back, but we couldn’t find him,” German Baryshnikov recalled. “Everyone panicked: where were we supposed to look for the bear? We called Star City, but the crew members had already gone to Crimea for vacation. By sheer luck we managed to contact Kovalyonok. It turned out Misha was in his safe...”
During the flight the little bear damaged his face and scratched his nose. Lyudmila Denisova, who had prepared him for flight at Baikonur, performed cosmetic repairs using thread and glue, after which Misha was sent to the Olympic Committee.
In the photographs: artist Viktor Chizhikov; cosmonauts Kovalyonok and Ivanchenkov presenting the mascot of the 1980 Olympic Games to the Olympic Committee after its flight into space.
Cómo el Oso Olímpico viajó al espacio
El cumpleaños de la mascota de los Juegos Olímpicos de 1980 se considera el 11 de octubre de 1977. Fue creada por el artista Víktor Chizhikov.
Las fábricas soviéticas produjeron una enorme cantidad de recuerdos con la imagen del osezno. Pero la dirección del país decidió que también hacía falta propaganda desde el espacio. El Comité Olímpico envió una carta a la NPO Energía, y el cosmonauta Konstantín Feoktístov, subdirector general de diseño, la remitió al grupo de diseño y configuración de la nave Soyuz, dirigido por German Barýshnikov.
“Para seleccionar al candidato al vuelo espacial se presentaron tres oseznos”, recuerda el ingeniero de diseño espacial y veterano de RKK Energía, German Barýshnikov. “El más grande era casi del tamaño de un niño de un año, el más pequeño apenas superaba el tamaño de un ratoncito. Elegí el mediano: en las naves del tipo Soyuz siempre existía el problema de acomodar la carga transportada y, especialmente, la que debía regresar.”
El Oso fue fabricado con piel de reno por Valeria Litvínova, artista de la asociación de artesanías y recuerdos artísticos de Petropávlovsk-Kamchatski.
La comisión del Comité Organizador de los Juegos Olímpicos aprobó todo y comenzó la preparación previa al vuelo. Al futuro cosmonauta le hicieron un pasaporte y le firmaron una orden de viaje hacia la estación espacial. En el maletín del Oso colocaron un banderín con la inscripción “Olimpiada-80”. En el cosmódromo de Baikonur pasó el control médico, es decir, sanitario, y el departamento de observación le expidió el Certificado Nº 1 de autorización para el vuelo.
Por cierto, el comandante de la Soyuz-29, Vladímir Kovalyonok, y el ingeniero de vuelo Aleksandr Ivanchenkov no sospecharon hasta el último momento de la existencia del tercer miembro de la tripulación.
“Solo en la plataforma de lanzamiento nos dijeron: ‘Misha volará con ustedes’”, recordaba Kovalyonok. “Primero nos indignamos: ‘¿Qué Misha? ¿Por qué no nos avisaron antes?’ Cuando vimos a nuestros colegas sonriendo, comprendimos que era una broma.”
Antes del lanzamiento, Misha fue colocado en el módulo de descenso sobre el contenedor del paracaídas, encima de los asientos de los cosmonautas y dentro del campo visual de la cámara de televisión de a bordo. Así Misha se convirtió en un miembro de pleno derecho de la tripulación.
El 15 de junio de 1978 se lanzó la Soyuz-29 y, dos días después, la nave se acopló con la estación científica orbital Saliut-6. Pocos días más tarde se produjo el acoplamiento de la Soyuz-30, pilotada por una tripulación internacional. Misha recibió a los nuevos invitados y participó en reportajes de la Televisión Central de la URSS.
Pero pronto llegó el momento de prepararse para el regreso: la comisión de servicio había sido emitida solo por un mes, y Misha debía volver a la Tierra en la primera nave de retorno.
“Nos había gustado muchísimo”, suplicó de pronto Kovalyonok. “¿Cómo vamos a estar ahora sin él?”
El Centro de Control de Vuelo prolongó la misión del cosmonauta peludo y este permaneció en la estación. El 27 de agosto se acopló la Soyuz-31, comandada por Valeri Bykovski. Siguiendo la tradición, Misha recibió a la tripulación internacional con un tubo espacial lleno de miel.
Finalmente, el 2 de noviembre —140 días después del lanzamiento— regresó a casa.
“Unos días después, en el Comité Olímpico se acordaron de él y pidieron que devolviéramos a Misha, pero no lo encontrábamos”, comparte German Barýshnikov. “Todos entramos en pánico: ¿dónde íbamos a buscar al oso? Llamamos a Ciudad de las Estrellas, pero los miembros de la tripulación ya habían partido de vacaciones a Crimea. Milagrosamente logramos contactar con Kovalyonok. Resultó que Misha estaba guardado en su caja fuerte...”
Durante el vuelo, el osezno dañó su hocico y se arañó la nariz. Liudmila Denísova, quien lo había preparado para el vuelo en Baikonur, realizó reparaciones cosméticas con hilo y pegamento, después de lo cual Misha fue enviado al Comité Olímpico.
En las fotografías: el artista Víktor Chizhikov; los cosmonautas Kovalyonok e Ivanchenkov entregan al Comité Olímpico la mascota de los Juegos Olímpicos de 1980 después de su vuelo al espacio.

 

[Alex1973]

ЛЮДИ СРЕДИ ЗВЁЗД
Э. Максимовский
Рис. В. Чижикова
Высоко-высоко над Землёй космонавты поют песни. Их слышат на Земле, в Центре управления полётом, и тихо подпевают.
Однажды космонавты попросили прислать им гитару. Ушла в космос могучая ракета и вместе с научными приборами доставила космонавтам обычную шестиструнную гитару... И вскоре Земля услышала её певучий голос.
Космическая станция, которая летает вокруг нашей планеты, — это настоящий дом. Космонавты берут с собой в дорогу любимые книги, фильмы, музыкальные записи. Словом, всё то, что напоминает им о родной Земле. Летал с ними и медвежонок Миша — забавная игрушка, созданная по рисунку известного детского художника В. Чижикова — большого друга «Мурзилки».
Пока в космосе только один дом — советская станция «Салют-6». Настанет время, и несколько таких или ещё больших станций-домов будут соединены вместе, и появится небесный город. Может быть, он будет носить имя первого космонавта Земли — Юрия Гагарина. А жить и работать в нём будут те, кому сейчас 7—9 лет.
В космической станции проводятся такие исследования, которые невозможны на Земле. К примеру, на Земле пока нельзя сделать так, чтобы какой-либо предмет полностью потерял свой вес. Снежинки и шишки всегда напомнят о земном притяжении. Наша планета, как огромный магнит, притягивает к себе и людей, и машины, и яблоки, которые именно поэтому падают с яблони. А в космосе нет такого сильного притяжения и все предметы как бы плавают... И потому нет ни верха, ни низа, ни потолка, ни пола. Правда, когда люди возвращаются на Землю, руки и ноги становятся непослушными, космонавты кажутся себе неповоротливыми — они ведь привыкли к отсутствию собственной тяжести! Но эти неприятные ощущения быстро проходят. Особенно если космонавты не забывают каждый день делать зарядку. А без физических занятий, без спорта в космосе не победить!
Для науки очень важно, что в невесомости можно получить такие сплавы металлов, какие невозможно получить на Земле. Можно сделать стёкла, которые окажутся такими прозрачными, как самая чистая и светлая водица в ручейке. А для тех, кто работает на Земле, очень нужны такие сплавы и такие стёкла. Они нужны врачам, которые охотятся за микробами, астрономам, которые хотят увидеть самые далёкие звёзды...
На станции растут горох и лук, другие растения, и люди следят, как чувствуют они себя в условиях невесомости. Делается это не только из любопытства. Будут космические города — нужны будут космические огороды. Не летать же на Землю за каждым огурцом или буханкой хлеба!
140 дней жили в космическом доме Герои Советского Союза Владимир Ковалёнок и Александр Иванченков. Никто другой так долго ещё не находился за пределами родной планеты. Земля поддерживала своих героев и советом, и доброй шуткой. Однажды космонавты попросили принять к ним на радиоразговор художника Виктора Чижикова — хотели рассказать, как ведёт себя в космосе мишка-олимпиец.
Миша сейчас самый известный медвежонок у нас на Земле. Ведь в следующем году в Москве будут проходить Олимпийские игры — соревнования лучших спортсменов планеты. А медвежонок — это образ Московской олимпиады.
Слово В. Чижикову:
— Однажды раздался телефонный звонок, обычный, будничный. Я снял трубку и услышал нечто совершенно неожиданное:
«Космонавты Владимир Ковалёнок и Александр Иванченков приглашают вас на разговор с ними».
«Меня?!» — не поверил я своим ушам.
«Да, вас, ведь ваш мишка на борту космического корабля!»
До радиовстречи с космонавтами оставалось семь дней. Все эти семь дней я очень волновался. Как я буду говорить с космонавтами, о чём? Эти вопросы не давали мне покоя.
Работа, моя обычная работа, не шла. Всё застопорилось. И я решил нарисовать космонавтам по медвежонку в подарок. Этим были заполнены все оставшиеся дни.
И вот настал момент встречи. На экране телевизора — внутренность космического дома. Космонавты в лёгких костюмах. Воротнички слегка расстёгнуты. Рука Владимира Ковалёнка на плече у мишки.
Космонавты улыбаются. Здороваемся.
«Миша вместе с нами стартовал с космодрома Байконур, — говорит В. Ковалёнок. — Перегрузки перенёс прекрасно. Вот только носик отвалился. Мы долго искали носик, нашли и приклеили снова! Спасибо за мишку!»
Он создавал нам хорошее настроение! Мишка — равный член экипажа!
Я благодарю космонавтов за тёплые слова и говорю, что теперь, когда нос медвежонка найден и водворён на место, важно, чтобы он свой нос не задирал, ведь ему завидуют все медведи мира. И белые, и бурые, и гималайские.
Космонавты продолжают:
«Мы хотели раньше отправить его на Землю. Подумали — может, он устал и хочет домой? Спросили мишку — согласен ли он? Миша наотрез отказался возвращаться без нас. Сказал — только вместе с нами... Настоящий друг! Он вместе с нами работал на орбите!»
«Очень рад, — отвечаю я, — что вы обнаружили в мишке доброту, надёжность, спортивный характер. Именно эти качества хотелось мне видеть в медвежонке, когда я его создавал».
Затем В. Ковалёнок и А. Иванченков сказали, что мишка напоминает им о нашей стране, о нашем народе, о присущих нашему народу чертах.
«Скажите, — спрашиваю я, — а есть ли у мишки постоянное рабочее место или он, как говорится, “по воле волн” плавает в невесомости?»
«Он находится на боевом посту, — улыбаются космонавты, — на посту № 1, у стыковочного люка. Космическая берлога ему очень нравится. Он очень любопытный. Вот и носик повредил, потому что любопытный!»
Затем я говорю космонавтам, что нарисовал для них ещё двух мишек на деревянных декоративных досках и что при встрече на Земле с большим удовольствием вручу им свои подарки.
В ответ слышу:
«Спасибо! До встречи на Земле!»
«Фотоны» — Владимир Ковалёнок и Александр Иванченков — приземлились в ноябре 1978 года. А 25 февраля состоялся первый старт нового обжитого космического дома и работать в нём первыми полетели «Протоны» — Владимир Ляхов и Валерий Рюмин.
(Э. Максимовский. "Люди среди звезд").
............................................................................
Цит.по: Э. Максимовский. "Люди среди звезд"
"Мурзилка". №04. Апрель 1979 года.
Примечание: «Мурзи́лка» — советский и российский общесоюзный массовый ежемесячный русскоязычный литературно-художественный журнал, издающийся с 1924 года. Издание адресовано детям от 6 до 12 лет.
PEOPLE AMONG THE STARS
By E. Maksimovsky
Illustrations by V. Chizhikov
High above the Earth, cosmonauts sing songs. People on Earth hear them in the Mission Control Center and quietly sing along.
One day the cosmonauts asked for a guitar to be sent to them. A mighty rocket flew into space and, along with scientific instruments, delivered an ordinary six-string guitar to the cosmonauts... Soon the Earth heard its melodious voice.
The space station orbiting our planet is a real home. Cosmonauts take their favorite books, films, and music recordings with them on their journey. In short, everything that reminds them of their native Earth. Flying with them was also Mishka the bear cub — a funny toy created from a drawing by the famous children’s artist V. Chizhikov, a great friend of the children’s magazine Murzilka.
So far there is only one home in space — the Soviet station Salyut-6. The time will come when several such stations, or even larger ones, will be connected together, and a heavenly city will appear. Perhaps it will bear the name of the first cosmonaut of Earth — Yuri Gagarin. And those who are now seven to nine years old will live and work there.
Research is carried out aboard the space station that cannot be conducted on Earth. For example, on Earth it is still impossible to make an object completely lose its weight. Snowflakes and pinecones always remind us of Earth’s gravity. Our planet, like a giant magnet, attracts people, machines, and apples, which fall from apple trees for that very reason. But in space there is no such strong attraction, and objects seem to float... That is why there is no up or down, no ceiling and no floor. True, when people return to Earth, their arms and legs become clumsy, and cosmonauts feel awkward — they have become accustomed to the absence of their own weight! But these unpleasant sensations quickly pass. Especially if cosmonauts remember to exercise every day. Without physical training and sports, it is impossible to succeed in space!
It is very important for science that in weightlessness it is possible to create metal alloys that cannot be produced on Earth. It is also possible to make glass as transparent as the clearest spring water. Such alloys and glass are very important for people working on Earth. They are needed by doctors searching for microbes and by astronomers who want to see the most distant stars...
Peas, onions, and other plants grow aboard the station, and people observe how they behave in conditions of weightlessness. This is done not merely out of curiosity. If there are to be space cities, there will also have to be space gardens. After all, no one can keep flying back to Earth for every cucumber or loaf of bread!
Heroes of the Soviet Union Vladimir Kovalyonok and Alexander Ivanchenkov lived in their space home for 140 days. No one else had remained so long beyond their native planet. Earth supported its heroes with advice and good humor. Once the cosmonauts asked to speak by radio with artist Viktor Chizhikov — they wanted to tell him how the Olympic bear cub was behaving in space.
Today Mishka is the most famous little bear on Earth. Next year the Olympic Games — competitions of the world’s best athletes — will take place in Moscow. And the bear cub is the symbol of the Moscow Olympics.
“One day the telephone rang — an ordinary everyday call. I picked up the receiver and heard something completely unexpected:
‘Cosmonauts Vladimir Kovalyonok and Alexander Ivanchenkov invite you to speak with them.’
‘Me?!’ I could hardly believe my ears.
‘Yes, you — after all, your little bear is aboard the spacecraft!’
There were seven days left before the radio conversation with the cosmonauts. During all those seven days I was very nervous. How would I speak with the cosmonauts? What would we talk about? These questions gave me no peace.
My regular work was not going well. Everything came to a halt. So I decided to draw a little bear for each of the cosmonauts as a gift. That occupied all the remaining days.
And then the moment of the meeting arrived. On the television screen was the interior of the space home. The cosmonauts were wearing light suits, with their collars slightly unbuttoned. Vladimir Kovalyonok’s hand rested on the bear’s shoulder.
The cosmonauts were smiling. We greeted one another.
‘Misha launched together with us from the Baikonur Cosmodrome,’ said V. Kovalyonok. ‘He handled the overloads perfectly. Only his little nose fell off. We searched for it for a long time, found it, and glued it back on! Thank you for the bear!’
He created a wonderful mood for us! The bear was an equal member of the crew!
I thanked the cosmonauts for their warm words and said that now, since the bear’s nose had been found and restored to its place, the important thing was that he should not become too conceited, because all the bears of the world envy him — polar bears, brown bears, and Himalayan bears alike.
The cosmonauts continued:
‘We wanted to send him back to Earth earlier. We thought perhaps he was tired and wanted to go home. We asked the bear whether he agreed. Misha flatly refused to return without us. He said — only together with us… A true friend! He worked alongside us in orbit!’
‘I am very glad,’ I replied, ‘that you discovered kindness, reliability, and a sporting spirit in the bear. Those were exactly the qualities I wanted him to have when I created him.’
Then V. Kovalyonok and A. Ivanchenkov said that the bear reminded them of our country, our people, and the qualities characteristic of our people.
‘Tell me,’ I asked, ‘does the bear have a permanent workplace, or does he simply float around weightlessly “at the mercy of the waves”?’
‘He is stationed at his combat post,’ the cosmonauts smiled, ‘at Post No. 1 near the docking hatch. He likes his cosmic den very much. He is very curious. That is why he damaged his nose — because he is curious!’
Then I told the cosmonauts that I had drawn two more bears for them on decorative wooden panels and that I would gladly present them with these gifts when we met on Earth.
In reply I heard:
‘Thank you! See you on Earth!’
“Photons” — Vladimir Kovalyonok and Alexander Ivanchenkov — landed in November 1978. And on February 25 the first launch of the new inhabited space home took place, with the “Protons” — Vladimir Lyakhov and Valery Ryumin — becoming its first crew.
(E. Maksimovsky. "People Among the Stars").
............................................................................
Quoted from: E. Maksimovsky. "People Among the Stars"
Murzilka. No. 4. April 1979.
Note: "Murzilka" is a Soviet and Russian all-Union mass-market monthly Russian-language literary and artistic magazine, published since 1924. The publication is addressed to children aged 6 to 12.

 

[Alex1973]

PERSONAS ENTRE LAS ESTRELLAS
Por E. Maksimovski
Ilustraciones de V. Chizhikov
Muy, muy alto sobre la Tierra, los cosmonautas cantan canciones. En la Tierra los escuchan en el Centro de Control de Vuelos y los acompañan en voz baja.
Un día los cosmonautas pidieron que les enviaran una guitarra. Un poderoso cohete partió hacia el espacio y, junto con instrumentos científicos, llevó a los cosmonautas una guitarra común de seis cuerdas... Y muy pronto la Tierra escuchó su melodiosa voz.
La estación espacial que vuela alrededor de nuestro planeta es un verdadero hogar. Los cosmonautas llevan consigo sus libros favoritos, películas y grabaciones musicales. En una palabra, todo aquello que les recuerda a su querida Tierra natal. También viajaba con ellos el osito Mishka, un simpático juguete creado a partir de un dibujo del famoso artista infantil V. Chizhikov, gran amigo de la revista infantil Murzilka.
Por ahora solo existe una casa en el espacio: la estación soviética Salyut-6. Llegará el día en que varias estaciones semejantes, o incluso más grandes, estarán unidas entre sí y aparecerá una ciudad celestial. Tal vez lleve el nombre del primer cosmonauta de la Tierra: Yuri Gagarin. Y vivirán y trabajarán allí quienes hoy tienen entre siete y nueve años.
En la estación espacial se realizan investigaciones imposibles de llevar a cabo en la Tierra. Por ejemplo, en la Tierra todavía no se puede lograr que un objeto pierda completamente su peso. Los copos de nieve y las piñas siempre nos recuerdan la gravedad terrestre. Nuestro planeta, como un enorme imán, atrae a las personas, las máquinas y las manzanas, que precisamente por eso caen de los árboles. Pero en el espacio no existe una atracción tan fuerte y todos los objetos parecen flotar... Por eso allí no hay arriba ni abajo, ni techo ni suelo. Es cierto que, cuando las personas regresan a la Tierra, sus brazos y piernas se vuelven torpes y los cosmonautas se sienten poco ágiles, ya que se han acostumbrado a la ausencia de peso. Sin embargo, estas sensaciones desagradables desaparecen rápidamente. Sobre todo si los cosmonautas no olvidan hacer ejercicios todos los días. ¡Sin actividad física y sin deporte no se puede triunfar en el espacio!
Para la ciencia es muy importante que en condiciones de ingravidez puedan obtenerse aleaciones metálicas imposibles de fabricar en la Tierra. También pueden crearse vidrios tan transparentes como el agua más clara de un arroyo. Estas aleaciones y estos vidrios son muy necesarios para quienes trabajan en la Tierra. Los necesitan los médicos que estudian los microbios y los astrónomos que desean observar las estrellas más lejanas...
En la estación crecen guisantes, cebollas y otras plantas, y las personas observan cómo se comportan en condiciones de ingravidez. Esto no se hace solo por curiosidad. Si algún día existen ciudades espaciales, también harán falta huertos espaciales. ¡No será posible viajar a la Tierra por cada pepino o cada barra de pan!
Durante 140 días vivieron en su hogar espacial los Héroes de la Unión Soviética Vladímir Kovalyonok y Aleksandr Ivanchenkov. Nadie había permanecido tanto tiempo fuera de su planeta natal. La Tierra apoyaba a sus héroes con consejos y bromas amistosas. Una vez los cosmonautas pidieron hablar por radio con el artista Víktor Chizhikov: querían contarle cómo se comportaba en el espacio el osito olímpico.
Hoy Mishka es el osito más famoso de la Tierra. El próximo año se celebrarán en Moscú los Juegos Olímpicos, las competiciones de los mejores deportistas del planeta. Y el osito es el símbolo de las Olimpiadas de Moscú.
Palabras de Víktor Chizhikov:
— Un día sonó el teléfono, una llamada común y corriente. Descolgué el auricular y escuché algo completamente inesperado:
«Los cosmonautas Vladímir Kovalyonok y Aleksandr Ivanchenkov lo invitan a conversar con ellos».
«¿A mí?» — no podía creer lo que oía.
«Sí, a usted, ¡porque su osito está a bordo de la nave espacial!»
Faltaban siete días para la comunicación por radio con los cosmonautas. Durante esos siete días estuve muy nervioso. ¿Cómo iba a hablar con los cosmonautas? ¿Sobre qué? Estas preguntas no me dejaban tranquilo.
Mi trabajo habitual no avanzaba. Todo se había detenido. Entonces decidí dibujar un osito para cada cosmonauta como regalo. Así se llenaron todos los días restantes.
Y finalmente llegó el momento del encuentro. En la pantalla del televisor apareció el interior de la casa espacial. Los cosmonautas llevaban trajes ligeros, con los cuellos ligeramente desabrochados. La mano de Vladímir Kovalyonok descansaba sobre el hombro del osito.
Los cosmonautas sonreían. Nos saludamos.
«Misha despegó junto con nosotros desde el cosmódromo de Baikonur —dijo V. Kovalyonok—. Soportó perfectamente las sobrecargas. Solo que se le desprendió la naricita. La buscamos durante mucho tiempo, la encontramos y la pegamos de nuevo. ¡Gracias por el osito!»
¡Nos levantaba el ánimo! ¡El osito era un miembro más de la tripulación!
Agradecí a los cosmonautas sus cálidas palabras y dije que ahora, cuando la nariz del osito ya había sido encontrada y colocada nuevamente en su sitio, lo importante era que no se volviera presumido, porque todos los osos del mundo lo envidian: los osos polares, los pardos y los himalayos.
Los cosmonautas continuaron:
«Queríamos enviarlo antes de regreso a la Tierra. Pensamos: tal vez está cansado y quiere volver a casa. Le preguntamos al osito si estaba de acuerdo. Misha se negó rotundamente a regresar sin nosotros. Dijo: solamente junto con nosotros… ¡Un verdadero amigo! ¡Trabajó junto a nosotros en órbita!»
«Me alegra mucho —respondí— que hayan descubierto en el osito bondad, fiabilidad y carácter deportivo. Precisamente esas cualidades quería ver en él cuando lo creé».
Después, V. Kovalyonok y A. Ivanchenkov dijeron que el osito les recordaba a nuestro país, a nuestro pueblo y a las cualidades características de nuestra gente.
«Díganme —pregunté yo—, ¿el osito tiene un lugar de trabajo permanente o, como suele decirse, flota en ingravidez “a merced de las olas”?»
«Está en su puesto de combate —sonrieron los cosmonautas—, en el puesto número 1, junto a la escotilla de acoplamiento. Le gusta mucho su guarida espacial. Es muy curioso. ¡Por eso se dañó la nariz: por curioso!»
Luego les dije a los cosmonautas que había dibujado para ellos otros dos ositos en paneles decorativos de madera y que, cuando nos encontráramos en la Tierra, tendría mucho gusto en entregarles mis regalos.
Y escuché la respuesta:
«¡Gracias! ¡Hasta pronto en la Tierra!»
Los “Fotones” — Vladímir Kovalyonok y Aleksandr Ivanchenkov — regresaron a la Tierra en noviembre de 1978. Y el 25 de febrero tuvo lugar el primer lanzamiento de la nueva casa espacial habitada; los primeros en trabajar allí fueron los “Protones”: Vladímir Liajóv y Valeri Riúmin.
(E. Maksimovsky. «Gente entre las estrellas»).
............................................................................
Citado de: E. Maksimovsky. «Gente entre las estrellas»
Murzilka. N.º 4. Abril de 1979.
Nota: «Murzilka» es una revista literaria y artística mensual en ruso, de gran tirada y publicada en toda la Unión Soviética y Rusia desde 1924. Está dirigida a niños de entre 6 y 12 año

 

[Alex1973]

Символ Олимпиады -1980 в открытом космосе. Рисунок В.Чижикова. Журнал "Мурзилка". №04. Апрель 1979 года.
The 1980 Olympics symbol in outer space. Drawing by V. Chizhikov. Murzilka Magazine, No. 4, April 1979.
El símbolo de los Juegos Olímpicos de 1980 en el espacio exterior. Dibujo de V. Chizhikov. Revista Murzilka, n.º 4, abril de 1979.

 

[Alex1973]

Журнал "Мурзилка". №04. Апрель 1979 года. Маленькие рисунки на левой cтороне страницы (сверху вниз): Что ты о них знаешь?: Первый искусственный спутник Земли; Космический корабль "Восток"; Космический корабль "Союз"; Автоматическая межпланетная станция "Зонд".
Маленькие рисунки на правой cтороне страницы (сверху вниз): автоматические межпланетные станции: "Луна-3"; "Луна-9"; "Луна-10"; "Венера-5".
Большой рисунок в центре страницы: "Дом в космосе" (художник И. Кабакова).
На рисунке изображены: слева направо: Транспортный корабль "Союз"; орбитальная станция "Салют-6"; грузовой корабль "Прогресс". Схема станции: 1. Спускаемый аппарат; 2. Орбитальный отсек; 3. Рабочий отсек; 4. Солнечные батареи; 5.Центральный пост управления; 6. Отсек научной аппаратуры; 7. Переходной отсек.

Murzilka Magazine. No. 4. April 1979. Small drawings on the left side of the page (top to bottom): What do you know about them?: The first artificial Earth satellite; the Vostok spacecraft; the Soyuz spacecraft; the Zond automatic interplanetary station.

Small drawings on the right side of the page (top to bottom): automatic interplanetary stations: Luna-3; Luna-9; Luna-10; Venera-5.

Large drawing in the center of the page: "A House in Space" (artist I. Kabakova).
The drawing depicts: from left to right: the Soyuz transport spacecraft; the Salyut-6 orbital station; the Progress cargo ship. Station diagram: 1. Descent module; 2. Orbital compartment; 3. Working compartment; 4. Solar panels; 5. Central control post; 6. Scientific equipment compartment; 7. Transition compartment.

Revista Murzilka. N.° 4. Abril de 1979. Pequeños dibujos en el lado izquierdo de la página (de arriba abajo): ¿Qué sabes de ellos?: El primer satélite artificial de la Tierra; la nave espacial Vostok; la nave espacial Soyuz; la estación interplanetaria automática Zond.

Pequeños dibujos en el lado derecho de la página (de arriba abajo): Estaciones interplanetarias automáticas: Luna-3; Luna-9; Luna-10; Venera-5.

Gran dibujo en el centro de la página: «Una casa en el espacio» (artista I. Kabakova).
El dibujo representa, de izquierda a derecha: la nave de transporte Soyuz; la estación orbital Salyut-6; la nave de carga Progress. Diagrama de la estación: 1. Módulo de descenso; 2. Compartimento orbital; 3. Compartimento de trabajo; 4. Paneles solares; 5. Puesto de control central; 6. Compartimento de equipos científicos; 7. Compartimento de transición.